Посадки в пост-природном мире
Посадки в пост-природном мире
Казань, Сессия Форума "Зелёная стрела"
1-3 апреля 2019 г.
Журнал "Зелёная стрела"
Меню раздела

Петергофские парки сквозь призму эпохи

В XX веке судьба исторических парков знаменитого пригорода Петербурга, как и всей нашей страны, складывалась непросто. Пройдя труднейшие испытания «огнем» (война), «водой» (наводнения) и «медными трубами» (запредельная популярность в 1970-х гг.), парки Петергофа за последние сто лет повидали многое и многих.

От императорского парка к музею-заповеднику через…ЦПКиО

Перешедшие во «власть Советов» сразу после революции, бывшие императорские владения оказались в сложном положении. С одной стороны, все земельные, водные, лесные и материальные ресурсы принадлежали теперь народу, который волен был распоряжаться ими, как угодно. С другой стороны, голодной, изможденной бессмысленным участием в первой мировой войне молодой республике требовались не красивые пейзажи и изысканные цветники, а возделанные участки земли, приспособленные под сельхозугодья, да элементарные дрова для обогрева многочисленных зданий, оставленных царственными владельцами, и занятые военными и гражданскими лицами.

С этой точки зрения парки рассматривались как источники получения овощной продукции с грядок, фруктов из оранжерей, а также строительного и отопительного материала из древесных массивов. Первые годы работы созданного в 1922 году Управления петергофскими дворцами и парками (ПДП) показали, что открытые зеленые пространства могут и должны служить иным целям, а именно – культурному отдыху трудящихся и повышению их образовательного уровня.

Для этого на работу в парки были призваны ученые-садоводы, известные практики из Ботанического сада и института, лесной и аграрной академий, которые обязаны были следить за состоянием парковых насаждений, по мере сил и возможностей улучшать их облик, не давая развиваться запустению и зарастанию сорняками парковых пространств. Несколько лет после революции трудился в Петергофе бывший «царский садовник» Ф. Бальтазар со своими помощниками. Проблем в парках этого времени было очень много: неработающие фонтанные устройства, отсутствие посадочного материала, нашествия энтомовредителей, нехватка инструмента и квалифицированных рабочих рук.

В оранжереях Петергофа, которых на момент смены власти насчитывалось более 20 (19 – в Английском парке, 2 – в Нижнем парке, 1 – около каменной стены Александрии, кроме того - теплицы и парники), не хватало дров для отопления и рабочих-садовников. При этом в оранжереях продолжали выращивать цветы и плоды южных культур. Особенно ценились персики редкого для того времени сорта «с желтым мясом» внутри. Несмотря на все сложности, ежедневно в парках проводились первоочередные работы по уборке дорожек, уходу за насаждениями и косьбе травы на газонах, в том числе силами местного населения с привлечением военных частей. Такие массовые парковые работы, особенно в выходные дни, получили название «субботники» и «воскресники»; они закрепились в садовой практике на десятки лет.

 

Если вы читаете эту статью, вам может быть интересна эта программа:

Петергоф в 20-е годы XX века

В 1927-28 годах, благодаря энтузиазму директора ПДП Н.И. Архипова, начались первые реставрационные работы в Верхнем саду и на Большом каскаде. Это был настоящий вызов профессиональному сообществу и жителям города Петродворца, так как реставрация сопровождалась вырубкой большого количества крупных деревьев, выросших на открытых пространствах партеров у Парадных ворот и кустов сирени на Больших цветниках. Восстановление исторических ландшафтов, видовых перспектив далеко не всеми воспринималось положительно. Кто знал в то время, что через подобные испытания придется снова пройти не только Верхнему саду, но и участку Марли в Нижнем парке, только уже после военных разрушений 1940-х годов.

Петергоф в 30-е годы XX века

В 30-е годы XX века постепенно возрастает популярность Петергофа как места массового отдыха жителей Ленинграда. Нагрузка на парки растет и, в том числе, благодаря подъему политической агитационной работы с населением. Сплошной поток экскурсий во дворцы, ставшие музеями и имевшие обязательную идеологическую составляющую, выплескивался в парки, вытаптывая газоны и нарушая экологическую стабильность. Особенную популярность имели маршруты движения через Верхний сад (от платформы «Фонтаны») в центральный район Нижнего парка к Большому каскаду, по аллеям вдоль Самсоньевского канала и по Косым аллеям к Эрмитажу и Монплезиру. В дни праздников и народных гуляний (например, 1 мая) количество посетителей на этих участках достигало 200 человек в час на 1 гектар парка. Как отмечено в Протоколе общего собрания рабочих и служащих ПДП от 19 апреля 1938 г. «Петергоф превратился из резиденции царя в резиденцию пролетариата, крестьянства и советской интеллигенции.

Эта жемчужина искусства является неотъемлемой частью культурного роста трудящихся нашей страны и особенно трудящихся города Ленинграда». Основной задачей парков при подготовке к летнему сезону считалось «обеспечение торгующими точками, чтобы посетитель, проводя культурный отдых, был обеспечен питанием и мог выпить стакан воды». В центре внимания парковых служб  стояла агитационно-массовая политическая работа. Важнейшими центрами притяжения становились библиотеки, летние кинотеатры и эстрады, физкультурные площадки. Так Петергоф постепенно превращался в социалистический парк культуры и отдыха, теряя свою историческую идентичность сокровищницы мирового садово-паркового искусства. 

 Открытие летнего сезона в предвоенное десятилетие проходило в первых числах мая. К этому времени в парках в большом количестве выставляли скамьи («садовые диваны»), урны, киоски по продаже прохладительных напитков, пирожков, сладостей. Все парковое оборудование в обязательном порядке окрашивалось в белый или зеленый цвет. В Нижнем парке на берегу залива располагался пляж, на котором стояли кабинки для переодевания и туалеты. В здании Большой императорской оранжереи находился кинотеатр и пункт проката спортивного инвентаря. Декларация социалистической установки «Все принадлежит народу» звучала из радиоточек по всему парку. Идиллия всеобщего равенства и благополучия прервалась 22 июня 1941 года…

Опустошение и энтузиазм. Война, Победа и возрождение Петергофа из пепла.

Тяжелейшие времена нацистской оккупации и военного лихолетья отражены в фотографиях, представленных сегодня на стендах по всему Нижнему парку.

Можно лишь привести цифры вырубок в парковых массивах: более 70 % деревьев было уничтожено, из них почти 90 % составляли хвойные породы (сосна, ель, пихта). Что значило это для парка? Исчезновение исторических ландшафтов, быстрое возобновление на месте вырубок лиственных сорных пород (ольха, ива, осина), утрата ценных деревьев, заболачивание прибрежной территории.

Подъем национального самосознания, вызванный восстановительными работами в пригородах сразу же после освобождения, привел к пониманию необходимости полного возрождения памятников культуры и садово-паркового искусства. Уже в 1946 году в Петергофе запустили первую очередь восстановленных фонтанов.

Парки терпеливо ждали своего часа. После основных работ по расчистке завалов и разминирования территории пришло время посадок на освобожденные места деревьев и кустарников. Еще не был закончен проект реставрации Нижнего парка, а массив уже пополнился десятками тысяч молодых саженцев кленов, ясеней, вязов, берез, рябин, черемух, которые при благоприятных световых условиях давали очень быстрые приросты.

В результате через 10 лет вдоль аллей Нижнего парка поднялись рощи лиственных деревьев, а про то, что парк в XVIII веке состоял, преимущественно, из хвойных пород, совсем забыли.

Новая история Петергофа. Вторая половина XX века

В 1970-е годы по разработанным проектам приступили к формированию регулярного облика основных аллей – Марлинской и Малибанской. Посадки штамбовых лип и шпалеры из кустовой липы придали им требуемый характер перспектив. Но с «открыточным» видом Морского канала вновь вышла промашка: посаженные в начале 1960-х годов «голубые ели» (ель колючая форма «серебристая») не годились для стрижки, и со временем разросшиеся густые кроны закрыли половину центральной оси на Большой дворец. Эту ошибку пришлось исправлять спустя почти полвека.

Все трудности восстановления парка никак не сказывались на потоке посетителей, который возрастал с каждым годом. Приоритетной  деятельностью в парках стала культурно-массовая работа и обеспечение посетителей едой и напитками. И вновь над Петергофом нависла тень ЦПКиО… Справедливости ради, нужно отметить, что параллельно с нарастающим потоком туристов шла и реставрационная деятельность. Начатая еще в конце 1950-х годов реставрация Верхнего сада завершилась только в начале 70-х. После этого приступили к восстановлению западной части Нижнего парка, района дворца Марли. Проект, предполагавший вырубку деревьев XIX века, вновь вызвал ожесточенные споры в музейно-парковой среде. Однако без этих непопулярных мер нельзя было представить Марли, как типичный образец загородного дворца с барочным садом XVIII века. Историческая справедливость победила и здесь. В 1979 году участок Марли принял первых посетителей.
Очередной поворот в судьбе Петергофа произошел в 90-х годах двадцатого столетия в связи с присвоением дворцово-парковому ансамблю статуса «музея-заповедника».

Федеральное финансирование многократно увеличило и расширило масштаб реставрационных работ, а новый статус придал работам и новый импульс. Впервые с послереволюционного времени началось возрождение пейзажного парка Александрия, забытого «семейного императорского уголка» Петергофа. Начиная с 1992 года, в нем стали проводить исторические праздники, посвященные императрице Александре Федоровне.

Новейшая история Петергофа. Век XXI – веком возрождения?

В начале 2000-х вектор реставрационных работ переместился на острова Колонистского парка, где в 2005 году открылись Царицын и Ольгин павильоны. Сады при них – неотъемлемая часть итальянизированного ландшафта Ольгина пруда.

Нижний парк на настоящий момент времени восстановил лишь 70 % территории. Ждет своей очереди восточная часть парка, не знавшая реставрации с XIX века. Петергофские парки продолжают стремление к возрождению своего исторического облика. Парки неразрывно связаны с историей и жизнью общества, они служат обществу. Каждая  веха истории, поворот времени задает паркам новую задачу, бросает новый вызов.
Будем надеяться, что эти вехи будут нести только благоприятные перемены в судьбе нашего культурного наследия.

Автор: